История

«Олений призыв» стал спасением в заполярной войне

Юрий КАНЕВ

Одной из самых серьезных проблем, с которой в начале зимы 1941 года столкнулось командование Карельского фронта (Карфронта), было обеспечение транспортного сообщения при огромной протяженности линии боевых действий. Трактора, грузовики и даже лошади оставались не у дел из-за отсутствия дорог и глубокого снежного покрова. Надо учитывать, что впервые в истории длительные боевые действия велись крупными силами в условиях полярной зимы. На линии фронта одновременно находились десятки тысяч бойцов и командиров, ежедневно нуждавшихся в продовольствии и боеприпасах, связи, эвакуации раненых. И командующий Карфронтом генерал- лейтенант Фролов отдал приказ о формировании армейских оленьих транспортов.

В ноябре 1941-го это решение было одобрено Во­енным советом 14-й армии. Главным организатором оленно-транспортных подразделений стал начальник ве­теринарного отдела армии военветврач 1 -го ранга Дмит­рий Тульчинский. Штаты были разработаны еще до войны. Каждый транспорт (рота) включал 154 человека (из них 77 оленеводов-ездовых), 1 015 ездовых оленей, 15 оленегонных лаек, 237 грузовых и 76 легковых нарт. Он делился на три взвода, а те в свою очередь на отделения. В штат армейского оленьего транспорта входили штаб, хо­зяйственное отделение, медицинский пункт и ветлазарет.

СААМСКИЕ ЭШЕЛОНЫ

Первые транспорты формировались за счет Ловозерского и Саамского районов Мурманской области, где на выпасе до войны находились около 60 тысяч оленей. Всего за годы Великой Отечественной колхозы и совхозы Ловозерского района передали фронту 5 900 транспорт­ных оленей, 1 600 комплектов упряжи, 1 119 нарт. Боец оленно-транспортного отряда К. Чупров вспоминал: «В октябре 1941 года из Варзино, Иоканьги, Лумбовки, Поноя, Сосновки и других сел ехали оленеводы в Каневку, где группировались все призванные в армию. 21 октяб­ря поехали двумя группами в сторону Ловозера, куда доб­рались 5 ноября. Дальше двигаться стало гораздо легче. Буквально за одну ночь добрались по шоссейной дороге до станции Пулозеро, совершив 90-километровый бро­сок. Здесь каждому оленю спилили рога. До Мурманска оленей везли в вагонах, а там грузили в трюм самоходной баржи. Ночью перевезли на мыс Мишукова».

Саамы в силу своего опыта и знания местных условий составляли ядро этих подразделений. Всего для формиро­вания оленно-транспортных отрядов призвали 77 лучших оленеводов-саамов. Кроме того, призывались ловозерекие коми и немногочисленные Кольские ненцы. Например, взвод 2-го транспорта возглавил ненец Алексей Летков 1909 года рождения.

В заснеженных сопках и горных ущельях Кольского полуострова, который стал зоной боевых действий, на передовых позициях и в близком тылу олени оказались незаменимы. Легкая упряжка одолевает по крепкому насту 50-30 километров за сутки. Олень сам себя кормит в тундре и в лесу. Не боится холода и вьюги. Не нару­шает тишины, даже раненый не издает ни звука. Оленья упряжка с легкой нартой устраивала и фронтовых меди­ков: быстрая, повсюду проходимая. Саам Сорванов вспо­минал: «Раненый человек много крови теряет, тепло из него выходит. Стынет человек, погибает. А вот оленья шкура тепло очень хорошо держит. Завернешь раненого в шкуру, положишь на нарты и везешь. Доставишь в госпи­таль – человек теплый, живой».

Сначала было создано три армейских оленно-транспортных дивизиона, потом еще четыре. Ездовые олени появились в боевых порядках наших войск не толь­ко на Мурманском, но и на Кандалакшском и Лоухском направлениях. Когда в марте 1942 года образовалась 19-я армия Карельского фронта, один из отрядов передали ей.

НЕНЕЦКИЕ ЭШЕЛОНЫ: НАЧАЛО ФОРМИРОВАНИЯ

Подготовка к формированию оленно-транспортных эшелонов началась в Ненецком национальном окру­ге осенью 1941 года. 13 сентября начальник строевого управления Северного флота письменно запросил начштаба Архангельского военного округа (АрхВО) призвать для нужд флота 50 оленеводов-каюров и направить их в Мурманск. 17 сентября бюро Ненецкого окружкома ВКП(б) приняло совершенно секретное решение о под­готовительных мероприятиях по формированию оленьих транспортов для Карельского фронта. В начале октября областные власти шифрованной телеграммой конкрети­зировали задание: «Нужно восемь тысяч ездовых оленей по колхозам и совхозам. Нужно 100—120 человек ездовых, хорошо владеющих русским языком, честных и смелых. Готовность – на 10 октября 1941 года».

В конце сентября началась подготовка контингентов ездовых оленей для РККА. Индигский оленесовхоз напра­вил в распоряжение Архангельского военного округа 715 голов отборных быков (ездовых оленей), 77 грузовых и 19 легковых нарт с упряжью. Это была первая партия ненец­ких оленей для фронта.

Начались подготовительные мероприятия по созда­нию оленьих транспортов. 1 октября главный интендант АрхВО полковник Радуто направил в Ненецкий окрисолком требование в течение месяца для обеспечения дей­ствующей армии изготовить две тысячи комплектов оле­ньей упряжи. 3 октября первый секретарь Архангельско­го обкома ВКП(б) Огородников телеграфировал окруж­ным властям: «Готовьте за счет обобществленного стада две тысячи упряжек, для личного пользования впредь до особых указаний не брать». А 5 октября Архангельский обком обратился в ЦК ВКП(б) с докладной запиской, в которой предлагал широко использовать ездовых оленей на фронте.

Окружные власти вели активную подготовительную работу по формированию спецэшелонов: отбирались олени, готовилась упряжь. Колхозы и совхозы округа рас­полагали достаточным количеством ездовых животных. Сложнее обстояло дело с упряжью и санями: не хватало материала, некому было их изготовить. Вопрос решался по-военному быстро — недостающее снаряжение стали со­бирать у оленеводов.

Первый секретарь Ненецкого окружкома ВКП(б) Кузин информировал областное руководство о ходе ра­боты: «К 15 октября подготовлено четыре тысячи оле­ней, 685 саней, 632 упряжи, подобрано 80 человек ездо­вых. Подготовка продолжается. В кооперации, в колхо­зах нет кожи».

СТАЛИНСКИЕ ОЛЕШКИ

В этот период ситуация под Москвой была катастро­фической, вермахт окружил у Вязьмы войска Западного фронта. В конце ноября бои шли практически у стен сто­лицы. Немудрено, что Государственный Комитет Обороны (ГКО) рассмотрел вопрос о формировании оленье-лыжных частей лишь на заседании 20 ноября. В день, когда танки и пехота противника находились в сорока километрах от стен Кремля, принимались решения об изготовлении опытных бронеплощадок для гвардейских минометов, об организа­ции выпуска зажигательных бомб типа «огневые мешки», об увеличении производства гексогена, о производстве минометов в Ленинграде. Предпоследним, восьмым во­просом повестки было предложение Военсовета АрхВО о создании оленье-лыжных батальонов. Члены ГКО при­няли его без возражений. В тот же день вышло секретное постановление № 930 «О проведении мобилизации оле­ней, оленьих упряжек и ездовых (каюров) в Коми АССР и Архангельской области» за подписью председателя ГКО и Верховного главнокомандующего И. Сталина. Высший орган власти предписывал Военному совету АрхВО орга­низовать мобилизацию из расчета:                                 

 Ненецкий округКоми АССР
Ездовых оленей6 0004 000
Нарт с упряжью1200800
Ездовых (каюров)600800

Всего планировалось поставить под ружье невиданную доселе армию в 10 000 ездовых оленей, 2 000 нарт и 1 400 каюров. Вся эта масса должна была организационно влить­ся в 12 лыжно-оленьих батальонов – ударную силу для раз­грома врага в Заполярье в надвигающемся 1942-м.

22 ноября 1941 года во исполнение решения ГКО Военный совет АрхВО строго секретным постановлени­ем обязал органы власти и военные комиссариаты Коми АССР и Ненецкого национального округа подготовить оленей, нарты и каюров для отправки на фронт. Срок ис­полнения установили по-военному жестко — к 1 января 1942-го. На всю организацию, сборы и тысячеверстный путь отводилось пять недель. В приказе указывалось: «Каюров направить в исправной собственной одежде и обуви, обеспечить продовольствием и фуражом до пунк­та назначения».

Несмотря на масштабность и сложность задач, окруж­ные власти быстро определили разнарядки на поставку оленей колхозам и совхозам, назначили ответственных за организацию перехода эшелонов в Архангельск. Под­бирали людей с опытом работы в тундре, знавших оле­неводство, одновременно обладавших организаторскими способностями, решительных и жестких. 25 ноября 1941 года состоялось решение бюро окружкома ВКП(б) по формированию оленно-транспортных эшелонов: «Мо­билизовать из районов округа ездовых (каюров) 600 человек, из них по районам: Канино-Тиманскому – 185, Нижне-Печорскому – 160, Большеземельскому – 40 и городу Нарьян-Мар – 215 человек. Оленей по Канино-Тиманскому району – 1 400 колхозных и 1 100 из Индигского оленесовхоза, по Нижне-Печорскому району – 1 630 колхозных и 900 совхозных и по Большеземельскому району – 1 000 колхозных и 1 100 совхозных». Из анализа этого документа явствует, что для исполнения решения ГКО мобилизовали не только оленеводов, а всех при­годных для этого призывников (колхозников, рыбаков, портовиков). Предполагалось, что тундровики быстро обучат остальных бойцов. Этот факт в личной беседе подтвердил один из последних солдат 31-й отдельной бригады Иван Филатов: «Выдали мне малицу, тобоки и поручили упряжку с хамбуем. Учился запрягать и вести оленей у Ивана Соболева».

Автору удалось собрать данные по 95 процентам при­званных (570 человек) по решению ГКО в ноябре 1941 года. Собственно оленеводов-ненцев среди них насчиты­валось всего 106 (18,3%). Фронтовик Алексей Латышев вспоминал: «На войну уходили из Шойны. Мобилизовали пастухов вместе с оленями, грузовыми и ездовыми нарта­ми отправляли на фронт. Из того, первого призыва почти никто из молодых оленеводов назад на Канин не вернулся. Почти все пропали без вести. Пропасть без вести нашим тундровикам в те годы было очень просто, русский язык наши в то время плохо знали. Очень много ненцев утону­ло во время переправ через реки, плавать у нас никто не умел». Действительно, ненцы, плохо знавшие русский язык, не понимали команд и в результате оказывались на фронте в трудном положении. Сознавая значимость оленеводов, старший политрук Панов (окружной военный комиссар), «будучи в Пеше, свыше 20 тундровых колхозников фак­тически в армию не призвал и медосмотра им не делал, а приказал зав. спецчастью т. Кобелеву внести их в списки призванных. По приезду в воинскую часть свыше 15 человек из них оказались со свидетельствами об освобождении от воин­ской обязанности, несколько человек сразу были отправ­лены в госпиталь на излечение». Как сообщал в феврале 1942-го начальник ненецкого эшелона № 3 Иван Талеев, окружной военный комиссар, не особо разбиравшийся в оленеводстве, активно вмешивался во все дела, – несколько раз публично оскорблял, называя перестраховщиком, без­дельником и даже негодяем». Некомпетентность команди­ров Красной армии, участвовавших в формировании эше­лонов, вносила значительную нервозность.

Но колхозы и совхозы оперативно выделили поголо­вье. Например, Индигский оленесовхоз сформировал стадо – 1 100 быков (11,5% взрослого поголовья). Руково­дители с гордостью рапортовали: «По заданию совхозом выделены 1 100 отборных транспортных оленей. Полно­стью выделен транспортный инвентарь. Сверх задания совхоз обеспечил пастушескую бригаду кроме чума лыжа­ми, тынзеями и другим производственным и кухонным инвентарем. Выделены даже патефон с богатым набором пластинок, домино, шашки».

В конце ноября – начале декабря 1941 года оленно-транспортные эшелоны один за другим уходили на фронт. Собирали их в спешке, не всегда продумывая вопросы ор­ганизации и отправки крупных стад. Темп продвижения задавался кавалерийский – 50 километров в сутки, тогда как реально стада могли проходить 15—20. Шедший головным по хорошим пастбищам канинский эшелон Ивана Дитятева сообщал 3 января 1942 года: «Отсутствие кормов, олени разошлись, мох предполагается впереди 50 км. Принимаю меры по сбору и продвижению». Эшелон Талеева – 1 059 ездовых оленей, принятых из шести кол­хозов, – дошел, потеряв 107 голов, из них пропало – 50 и указывались основные причины потерь: во-первых, не имелось конкретного маршрута движения и не хватало пастбищ, во-вторых, часть оленей, прибывших из малоземельских колхозов, оказалась ослабленными, поэтому их пришлось выбраковать.

ВПЕРЕД, НА ЗАПАД!

В ноябре-декабре 1941-го Ненецкий националь­ный округ отправил на фронт более семи тысяч ездовых оленей. Стоит отметить, что ездовыми являются лишь самцы-кастраты, достигшие трех-четырех лет. С учетом всего поголовья в тот год мобилизовали практически три четверти ездовых оленей округа. Некоторые хозяйства отдали на фронт почти всех обученных животных. Кол­хозница Н. Ардсева вспоминала: «Из колхоза «Северный полюс» взяли 400 быков. Многие уходили в армию, заби­рая своих личных оленей. А потом большинство пастухов ездило на важенках и ланчаках». Действительно, многие оленеводы брали на фронт личные упряжки. Дочь погиб­шего ездового Романа Выучейского В. Гордеева до сих пор помнит его четверку прекрасных быков белее снега. Еще в памяти осталось обещание отца свернуть Гитлеру шею и вскоре вернуться с победой. Е. Канюкова рассказывала: «У моего отца была прекрасная упряжка и очень краси­вый бык-вожак, он его сам всему научил, выпестовал и вырастил, можно сказать. И на войну ушли все вместе: ненцы и их олени». Бригадир колхоза «Путь Ильича» Сте­пан Хатанзейский вспоминал: «Помню, во время войны совсем пастухов в тундре было мало. Главный оленевод была женщина. Она и детей нянчила, и обед готовила, и чум на ее плечах держался, и стадо пасла».

Поражают стремительность и четкость решений того сложного времени. В кратчайшие сроки на огромной территории округа было сформировано пять эшелонов, подготовлены команды призывников, собраны упряжь, нарты, чумы. И вся эта масса людей, сопровождая ты­сячные стада, ни дня не мешкая, отправилась на фронт. Совершенно верным оказалось решение сформировать из ненецких и саамских оленеводов транспортные под­разделения для нужд Карельского фронта. Тогда это было наиболее эффективное средство снабжения войск самого протяженного фронта.

Традиция увековечивания вклада животных на военной службе, включая работы на благо Победы в тылу – к примеру, мемориалы служебным собакам, верблюдам (Мишка и Машка в комплексе “Мы победили!” в Ахтубинске), голубям как составляющей войск связи, мемориальные объекты кошкам блокадного Ленинграда продолжается и мемориалом оленно-транспортным батальонам, который должен будет появится в Мурманске.

Мемориал, памятник оленям оленно-транспортным батальонам в Мурманске.
0 0 голос
Рейтинг статьи

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Кнопка «Наверх»
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x
()
x